Беседка ветров

На склонах ущелья набирает силу речка Авинда. Но даже следов воды нами обнаружено не было. Еще один шанс — у шоссе на карте обозначено небольшое озерцо. Мы уже прошли этот мутный водоем подозрительной прямоугольной формы, а надежда все не хотела умирать. Казалось, что если вернуться и поискать, то можно обнаружить питающий его источник. Но скорее всего пруд заполняется дождевой водой, поэтому искать возле него источник — бесполезно. Спустя 40 минут после выхода на Романовское шоссе мы подходим к Беседке ветров. Большие иссиня-черные птицы летали у скал и люди, вышедшие из экскурсионного автобуса, радостно показывали на них пальцем и кричали: «Орлы, орлы!» На самом деле эта мощная птица — ворон (Corvus corax Linnaeus). Ворон часто гнездится в недоступных местах, на скалах, и от орла отличается весьма разительно. В людных местах этих птиц не встретишь (если опять-таки не перепутать ворона с привычной нам вороной).

Уходим с Беседки по шоссе. Через 15 минут слева и справа от дороги видим два железных столбика, а чуть впереди слева — квартальный столб с надписью «255/296″. Вправо от шоссе уходит дорога, которая взбирается по хребетику и спускается к перевалу Гурзуфское седло. Весь путь до перевала занимает 25 минут, причем в высшей точке располагается памятник археологии — остатки древнего святилища. Оно было открыто случайно: во время строительства газопровода были обнаружены бронзовые изделия. В этот район выехала экспедиция и при раскопках археологи нашли античные монеты, золотые и серебряные статуэтки Зевса, Посейдона, Артемиды, Афродиты, ювелирные украшения. Некоторые из этих находок представлены в экспозиции Ялтинского историко-литературного музея.

Спустившись к Гурзуфскому седлу, идем не вниз, а в том же направлении вверх. От перевала сюда идет хорошая (хоть и очень крутая) дорога.

Любопытна история с названием перевала. Николай Головкинский, в 1893 г. занимавший пост гидрогеолога Таврической губернии, в своем отчете писал:

«Я должен сказать несколько слов в объяснения различия некоторых названий на моих картах и на военно-топографической карте. …в названиях, прописанных на карте, встречаются кое-где неправильности. Так, в том районе, с которым мы здесь имеем дело, горный проход на пути из деревни Кизилташ и Дерменкой (южного склона) в деревню Коуш (северного склона) общеизвестен под именем Гурбет-дере-богаз; так назван он и на старой одноверстной карте. На новой карте он значится под именем «Гурзуфское седло». Непонятно, откуда могло взяться это невозможное для окрестных жителей название.., и почему «седло» именно Гурзуфское.., а не Кизилташское, не Дерменкойское, не Коушское? Думается, что при опросе лицом, производившим съемку, название это было импровизированно и заявлено каким-либо новоприбывшим обитателем Гурзуфа».

Подъем на видимый с перевала косогор у нас занял 20 минут. Наверху тур. От него влево — продолжение дороги. Еще через 10 минут дорога поднимается на возвышение, на котором видна газораспределительная станция. Здесь мы сходим с дороги и идем по еле заметной тропе по направлению к железобетонному столбику, что слева от ГТС.

Тропа приведет нас к остаткам репера (а точнее — каменному основанию) на вершине горы Роман-Кош (1545 м). Рядом находится крест, установленный, видимо, монахами из Косьмо-Дамиановского монастыря, — он служит лучшим ориентиром. Итак, через 20 минут мы на самой высокой вершине Крыма. Итак, через 20 минут мы на самой высокой вершине Крыма. Ну что вам сказать, дорогие соотечественники! Холмик как холмик.

Под порывами ветра, и хорошо, если без дождя, любуемся недоступной заповедностью Крыма: вдали Чатыр-Даг, Большая и Малая Чучель, домики под красными крышами, обозначенные на карте таинственным «Дубрава-2″, и плавно уходящие в синеву вершины Внутренней гряды Крымских гор. Над вершиной оттачивают фигуры высшего пилотажа несколько воронов. Зависая над плато, они быстро машут крыльями, чтобы удержаться на месте в сильном встречном потоке.